КУЛЬТУРНАЯ МЯГКАЯ СИЛА И ЦИВИЛИЗАЦИОННОЕ ГОСУДАРСТВО: ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ ВО ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ КИТАЯ»
DOI:
https://doi.org/10.48371/ISMO.2026.63.1.013Ключевые слова:
мягкая сила, культурная мягкая сила, цивилизационное государство, дипломатия наследия, ЮНЕСКО, Шёлковые пути, внешняя политика Китая, Центральная Азия, транснациональное наследиеАннотация
В статье рассматривается, как Китай использует
культурное наследие во внешней политике в качестве ресурса «культурной
мягкой силы» в рамках представления о «цивилизационном государстве».
Цель исследования – реконструировать механизм конверсии наследия
из символического капитала в устойчивый внешнеполитический эффект
и определить ограничения такого механизма на транснациональных
площадках. Исследование опирается на качественный дизайн и сочетает
контент- и дискурс-анализ официальных публичных текстов КНР (2013–
2024) с анализом институциональных материалов режима Всемирного
наследия ЮНЕСКО; эмпирический фокус – серийный транснациональный
объект «Silk Roads: the Routes Network of Chang’an – Tianshan Corridor»
(ID 1442) как узловая площадка, где пересекаются цивилизационная
риторика, проекты связности и международные процедуры признания.
Показано, что «мягкосиловой» эффект формируется прежде всего через
институционализацию смыслов: перевод цивилизационной аргументации
и «шёлкового» нарратива в язык международной легитимации (OUV),
экспертные процедуры, планы управления и мониторинг, которые
стабилизируют интерпретации и создают инфраструктуру длительного
культурного присутствия. Сделан вывод, что без процедурной фиксации
культурная привлекательность не обеспечивает устойчивого результата.
Выявлены ограничения конверсии: конкуренция интерпретаций «общей
истории», риск доминирования одного интерпретационного центра,
политизация формально «технических» решений и асимметрия ресурсов и «голоса» участников, что может ослаблять доверие и провоцировать
символическое соперничество. Ценность работы состоит в связке
дискурсивного, институционального и регионального уровней анализа и
в предложении объяснительной логики «дискурс → институт → эффект/
ограничения». Практическая значимость связана с рекомендациями для
стран Центральной Азии (включая Казахстан) по обеспечению процедурного
равноправия, прозрачности совместного управления и многоракурсной
интерпретации наследия в транснациональных номинациях.




